Президент ИРМОС Федор Крашенинников о новой думе

Разговоры о роспуске Государственной думы уже не кажутся случайными, более того, складывается ощущение, что эти разговоры — целенаправленное прощупывание почвы. Новый закон о выборах внесен в думу 1 марта, и хоть он еще и не принят, нет никаких оснований полагать, что это будет сделано быстро — если будет дана отмашка из Кремля. Как уже многократно отмечалось наблюдателями, в основном новый закон возвращает ситуацию 1993—1999 года, когда думы формировались по смешанному принципу. Тем не менее, некоторые отличия есть.

1. Зачем Путину распускать эту думу?

Этот вопрос самый принципиальный — а выгодно ли Путину распускать нынешнюю думу? В практическом смысле, вроде бы нет никакой логики: нынешняя дума лояльна Путину на 99 процентов, о чем еще мечтать? Тем не менее, если вдуматься, резон сменить думу есть.

Персональный состав думы — это касается всех ее фракций — формировался в совершенно другой ситуации и под другие цели. В избирательную кампанию 2011 года власть входила с ощущением абсолютной самоуверенности и благодушия. Ожидаемый ими процент был в районе 70, и именно под такой процент составлялись списки ЕР. Итоги выборов 2011 года оказались шокирующими: планы спутались, многие «нужные люди» в думу не попали или попали с большим трудом. Неадекватный (по меркам АП) процент получили и партии думской «оппозиции».

Следствием того же благодушного подхода явились и многочисленные проблемы с депутатами, которые сейчас создают ненужную нервозность. Когда все эти пехтины и яровые собирались в думу, никому и в голову не приходило, что с их декларациями могут случиться такие неприятные истории. Ничем, кроме благодушия и самоуверенности нельзя объяснить такой небрежности при составлении деклараций: очевидно, что проявив минимальную предусмотрительность, можно было заблаговременно спрятать всю сомнительную собственность и избежать скандалов.

Желание продвинуть в думу максимальное количество «нужных» людей — кого за деньги, кого в благодарность за оказанные услуги — привело еще и к тому, что в критический момент у власти не оказалось достаточного количества авторитетных и ярких спикеров, способных оппонировать оппозиции. В ход пошли совершенно неубедительные персонажи вроде Сидякина или Железняка. С другой стороны, можно предположить, что далеко не все депутаты готовы бросаться тушками на оппозиционные амбразуры: для того ли солидные люди договаривались о думских мандатах, чтоб позориться? Можно себе представить, как это чистоплюйство и неготовность публично пожертвовать своей репутацией ради очередного каприза верховной власти раздражает того же Володина, например.

В любом случае несомненно, что в 2011 году, определяя персональный состав думы, власть рассчитывала на другую реальность и к тому, что происходит сейчас, не готовилась.

Или посмотрим на так называемую думскую «оппозицию». Сколько бы сейчас Миронов не каялся и не доказывал свою верность, едва ли Путин простит ему когда-либо его хождения с белой ленточкой в самые неловкие послевыборные моменты. Да и зачем вообще нужна Путину «Справедливая Россия»? Как таковой, этой партии на местах нет, каких-то идеологических сторонников у нее тоже нет. Ее замышляли в другое время как спойлера для КПРФ, но сейчас КПРФ фактически сама стала спойлером и власти выгоднее сохранить на поле проверенного партнера. Какой, в самом деле, смысл держать в думе всяких непонятных левичевых?

Еще более очевидный пример — ЛДПР: зачем она нужна в современных условиях? Все те темы, которые при Ельцине доверялись Жириновскому (антиамериканизм, шовинизм, бранная ругань на оппонентов власти) сейчас усиленно эксплуатируются самой партией власти. Жириновский же откровенно не в форме, а персональный состав его фракции способен вызвать только жалость. Вот и кому они нужны в Государственной думе? Перевыборы стали бы хорошим способом избавиться от ненужных союзников, перераспределив мандаты исходя из новой ситуации.

При всей их сервильности, сейчас власти приходится с ними считаться (и, возможно, как-то торговаться с их лидерами) — просто потому, что конституционного большинства у ЕР нет, в отличие от ситуации в прошлой думе. Так, что претензий к думе со стороны власти достаточно. Не стоит забывать, что роспуск думы позволит «выпустить пар». Другое дело, что выпуск пара может окончиться совсем не так, как хотелось бы оппозиционно настроенным гражданам.

2. Господа одномандатники

Самая главная гарантия того, что дума будет лояльная власти — возвращение одномандатных округов. Поразительно, что некоторые оппозиционные наблюдатели чуть ли не приветствовали эту меру! Между тем, выборы по одномандатным округам в нынешней ситуации выгодны власти и только ей.

Учитывая масштаб каждого округа и стоимость кампании в нем, несомненно, что шанс прохождения в думу ненужных власти людей по одномандатным округам практически равен нулю.

Теоретически можно допустить, что в нескольких округах победят какие-то представители оппозиции, но это скорее всего будут представители всё той же «системной оппозиции»: то есть, попав в думу, эти люди наверняка солидаризируются с фракцией ЕР—ОНФ. Этот трюк широко использовался властью в 90-е, когда партией власти была НДР: тогда предсказуемое поражение НДР по партийным спискам компенсировалось тем, что большинство «независимых» кандидатов, оказавшись в думе, солидаризировалось с партией власти: как бы они не ругали Черномырдина и Ельцина во время кампании, в думе они были паиньками. Кстати, многие из таких умельцев составляют костяк фракции ЕР, и если партия скажет надо — они снова повторят старые фокусы.

Таким образом, одномандатные округа — не мытьем, так катаньем — дадут Путину почти половину думы.

Дополнительный бонус от этой системы — возможность отправить всех толстосумов по одномандатным округам, выдвинув их от ОНФ. Таким образом, пройдя в думу по округам, эти люди получат некий моральный иммунитет: люди выбрали меня, зная о моих квартирах и замках, и кто вы такие, чтоб всем этим меня попрекать? Попутно решается и вопрос вытеснения из округов оппозиции: ресурсные возможности мультимиллионеров и миллиардеров из фракции ЕР несопоставимы с тем, что могут мобилизовать любые их оппоненты. Опять же, личная заинтересованность «солидного господина» в победе на конкретной территории станет дополнительным двигателем для всего административного ресурса: «напрягать» его будет не клерк из далекой Москвы, а конкретный и очень заинтересованный человек.

Призрачный шанс на попадание оппозиции в думу — пресловутые партийные списки. Однако и здесь все не так радужно.

Способов снять с выборов партийный список — множество. И это мы еще не видели закон в окончательном виде! Заложенные в нем идеи об отказе от сбора подписей для зарегистрированных партий — это один из последних неликвидированных плодов испуга власти перед протестной волной зимы 2011—2012 года. Есть основания полагать, что эта неудобная для власти норма будет изменена таким образом, чтоб максимально усложнить задачу для оппозиции. Учитывая сложившуюся практику, трудно ожидать чего-то иного.

Кроме того, на выборы пойдет множество партий-спойлеров, каждая из которых скорее всего получит бюджет больший, чем способна собрать реальная оппозиционная партия. Трудно сказать, какой эффект это даст — опыт учит, что люди не такие дураки, чтоб голосовать за спойлеров. Но в условиях манипуляционных выборов участие спойлеров становится отличным фоном и объяснением для всевозможных чудес: партий было много, голоса разделились, поэтому, дескать, и прошли только самые популярные в народе партии. А всем ненужным власти партиям нарисуют проценты ниже проходной нормы. Самым популярным — 4,99%, остальным еще меньше. В условиях авторитаризма надо помнить высказывание одного политика ХХ века о том, что важно не то, как проголосуют, а то, как посчитают. И здесь у власти, к сожалению, все козыри на руках: система избиркомов способна сработать четко, и какие бы альтернативные подсчеты не велись: итог выборов определяет власть. Более того, как мы уже видели, у нее есть все возможности навязать результат таких выборов обществу и заставить де-факто (да и де-юре, что уж!) признавать полномочия сформированных таким образом органов.

Надо ли говорить, что практически не так важно, 0,1 процента получила партия или 4.99. Важно, что в думу она не пройдет, а полученные ею проценты достанутся прошедшим в думу партиям.

Эта схема, помимо всего прочего, позволяет нейтрализовать самую успешную идею прошлых выборов — голосование «за любую другую». Власть охотно предложит гражданам список из, условно говоря, 25 партий: голосуйте за любую, и в итоге 23 партии получат (по официальным данным) меньше, чем необходимо для прохождения в думу.

3. Дума его мечты и что с этим делать

Анализируя стратегию и тактику власти, можно примерно понять, какую думу хотели бы видеть Путин и его окружение. Цифры условные, просто для наглядности.

Минимум 200 «одномандатников» — представители ОНФ. Оставшиеся 25 — представители «системной оппозиции» (СР и КПРФ): в самых протестных регионах они будут идти под умерено оппозиционными лозунгами и сурово критиковать власть и ЕР, но пройдя в думу, присоединятся к большинству.

По партийным спискам после того, как большинство партий будет оставлено за порогом, не менее 170 мандатов получит ЕР, а оставшиеся 55 скорее всего достанутся лояльной и безвредной КПРФ.

В итоге ЕР—ОНФ снова получит конституционное и любое другое большинство, позволяющее принимать любые законы.

Что касается персонального состава новой думы, то по спискам ЕР в думу отправят персонажей формата токаря Трапезникова и начальника цеха Холманских, то есть людей, у которых заведомо нет ни вилл, ни счетов, и готовых на всё за депутатскую зарплату и возможность жить в Москве в доме на ул. Улофа Пальме, причем совершенно искренне.

Понятно, что любые выборы — это турбулентность, и тем они опасны для нынешней власти, боящейся любой непредсказуемости. Но турбулентность можно минимизировать, если быть к ней готовыми.

Давайте скажем честно: к выборам 2011 года власть была не готова и те защитные меры, которые у власти были заготовлены — все эти барабанщики движения «Наши» — оказались совершенно неэффективными. Власть недооценила лидеров протеста, прежде всего Навального, и переоценила таланты Суркова и Якеменко.

К сожалению, обжёгшись в декабре на молоке, власть теперь усиленно дует на воду. Поэтому, скорее всего, ближе к выбором самые активные лидеры оппозиции будут изолированы физически, а деятельность каких-либо протестных органов — я имею в виду прежде всего Координационный совет оппозиции — будет заблокирована всеми методами.

Смысл этой статьи — не запугать и не вселить в оппозиционеров пессимизм.

Смысл этой статьи — предостеречь от шапкозакидательских настроений и ложных надежд. Власть, скорее всего, допустит множество глупостей и ошибок, но при любом раскладе ее ресурса и возможностей использовать прямое насилие хватит, чтоб навязать свой вариант результатов выборов.

Любимый многими лозунг «За честные выборы» на обсуждаемых выборах новой госдумы скорее всего сыграет против оппозиции, как это уже случилось на президентских выборах: раз вы требовали честных выборов и большинство участников выборов (те самые спойлерные партии, которых явно будет большинство) признали их честными — извольте признавать их результат, мы же дали вам возможность участвовать, вы и участвовали, только вот проиграли. И любимый ими вывод: вы никто, а мы — всё.

Опыт президентских выборов 2012 года — вот что надо внимательно изучать и извлекать из него уроки.

Надо ли оппозиции участвовать в выборах? Несомненно, надо. Хотя бы для того, чтоб получить хоть какой-то доступ к эфиру (хоть и в неизбежном обществе специально обученных людей, которые от имени всяких непонятных партий будут сводить любую невыгодную власти дискуссию к скандалу и клоунаде).

Но надо сразу понимать, что их результат будет нелегитимен, и даже если власть от щедрот своих выделит настоящим оппозиционерам несколько мандатов, сделано это будет исключительно для собственной легитимации. Поэтому изначально надо быть готовыми сдать уже полученные мандаты, просто потому что несколько голосов в путинской думе ничего не могут изменить практически, а вот способствовать легитимизации выборов и новой думы — очень даже могут.

Все это надо учитывать и помнить.

Вопрос о власти — ключевой, и наивно полагать, что правящая группировка хоть в чем-то свяжет себе руки. Скорее надо ждать обратного: еще более наглых нарушений и фальсификаций, еще более неадекватного состава думы — и в смысле представительства, и в персональном смысле. Процесс окукливания власти и ее изоляции от реальных нужд и настроений общества будет продолжаться.

Положительный момент здесь только один, и лучше всего его передает цитата из письма А. С. Пушкина к П. А. Вяземскому: «Хотелось мне с тобою поговорить о перемене министерства… Давно девиз всякого русского есть чем хуже, тем лучше».

Responses are currently closed, but you can trackback from your own site.

Comments are closed.